«Иду в депутаты, чтобы не дать мусорным лоббистам испортить район»

34

Второй номер в списке гдовского «Яблока», известный медик, заведующий хирургическим отделением районной больницы Самвел ХАЧАТРЯН, объяснил, почему поддерживает команду Александра Конашенкова, зачем возвращается в политику, что можно и нужно поменять в районе, чтобы он жил и развивался.

– Самвел Арутюнович, вы снова баллотируетесь в депутаты Гдовско­го районного Собрания. В чём видите свою миссию на посту депутата?

– Я баллотируюсь потому, что поддерживаю Александра Конашенкова в борьбе с мусорным лобби. Мы не хотим, чтобы наш экологически чистый район превратили в областную помойку, а это реальная угроза, которой мы противостояли весь прошлый год. Решения по этому вопросу теперь могут принимать местные районные депутаты большинством голосов. И очень важно поддержать именно тех людей, которые на 100% будут голосовать против таких решений. Я знаю точно, что Александр Алексеевич будет против, поэтому я за него, за то, чтобы свалки у нас не было.

Мне важны поступки человека. Если человек делает что-то хорошее для своей земли, для своего района, я готов его поддержать тремя руками. Важно работать так, чтобы хотя бы не навредить, но желательно и приносить пользу. Конашенков именно такой. Хочется, чтобы наш район не умирал, несмотря на все обстоятельства.

– Гдовский район не самый богатый, но один из самых красивых в Псковской области…

– Тем более не хочется, чтобы его превратили в мусорную свалку.

– В чём вы видите шансы на развитие района в ближайшие годы?

– В первую очередь нужно обеспечить людей работой. Я понимаю, что заводы нам тут никто не построит: это нецелесообразно экономически. Но у меня есть свой проект. В советское время шкуры животных стоили приличных денег, их приёмку обеспечивало государство. Охотники этим занимались. У нас же тут деревня, живём в лесу. 90% населения занимается собирательством, охотой, рыбалкой. Если государство не может обеспечить работу на заводе, то пусть хотя бы обеспечит приёмку шкур. Я не только врач, но и охотник. И я вижу, что в последние 20 лет многие животные просто пропали из-за того, что развелось очень много енотов, лис, волков. Регулировать их численность невозможно, потому что государство это не поддерживает. За шкуру хищника платят копейки. В советское время шкура лисы стоила 100-150 рублей, иногда доходило до 250, и это ведь были большие деньги, а сейчас – не больше 500 рублей. Можете сравнить сегодняшние 500 и 100 тогда? Сейчас пачка патронов для охоты – 800 рублей. Вместо того чтобы закупать бумажные шкуры из Китая, лучше организовать своих скорняков, вернуть местные ремёсла.

Конечно же, охота должна вестись только с соблюдением ограничений на отстрел животных, со строгим соблюдением запретов, например на применение автоматического оружия. И тогда при грамотном стимулировании охотников рублём мы получим контроль над популяцией, а не истребление видов.

Сегодня был бы плюсом ещё и туризм. Это важно для местных, чтобы не уезжали в Питер, в Усть-Лугу в поисках работы. Ведь молодёжь вся уезжает. Для кого держать район? Понятно, что нужна нормальная школа, больница. Но для кого это, если вся молодёжь уедет?

– Вы идёте на выборы в списке «Яблока». Почему именно в этой команде?

– Я всегда поддерживал Конашенкова. Мы вместе с ним уже работали в Собрании, боролись за человеческое отношение к людям. Мы тут живём. Я не ищу идеала в людях. Но важны хорошие поступки. Любой, кто делает что-то своими руками, абсолютно уважаем. И к таким нормально относятся окружающие. Даже если ты просто держишь корову, ты делаешь очень полезную вещь для общества. Корова вроде как для себя. Но всё её молоко ты же не съешь – отдашь людям. В этом вся суть сельской жизни. И тут легко поддержать жизнь, чтобы живые не разбегались: просто чуть-чуть повернуться к людям лицом. А это как раз про команду Конашенкова. А когда сверху красиво говорят о нужных реформах, это непонятно.

Вот объявили мусорную реформу. Идея вроде хорошая. Но хоть что-то бы сделали за эти четыре года, хотя бы мусоропереработку какую наладили, хотя бы два завода на область. Но в итоге просто в несколько раз увеличили стоимость вывоза мусора. И всё. В моём же понимании нужно организовать раздельный сбор. Но ведь для этого сначала нужно строить мусороперерабатывающий завод, и не один, а потом уже реформу объявлять и вводить раздельный сбор ТКО. Сейчас же стоят несколько контейнеров, которые потом сваливают в одну кучу всё равно.

– Чего сейчас люди ждут от власти?

– Люди ко мне приезжают не про власть говорить – про болезни. Когда был депутатом – приходили, жаловались. А так люди хотят стабильности, работы, чтобы завтра их ребёнок выучился и у него была работа. Что ещё хотеть-то? Чтобы не голодать в старости. У нас по соседству Сланцевский район Ленобласти. Там ставка фельдшера или реанимационной анестезистки едва ли не больше ставки врача в Гдовском районе. А страна вроде одна. Тех же питерских мы тут лечим круглые сутки и круглый год. Но как будто другая страна получается. В среднем как бы всё красиво. Но по факту Псковская, Тверская, Новгородская области как будто бы такая отдельная нищета. Я понимаю, что у нас в регионе нет нефти и газа. Так ведь, значит, нужно делать так, чтобы люди могли зарабатывать иначе! Не должно быть такого, что в государственных больницах разница вдвое за одну и ту же работу!

Гдовский район – красивейший. Но нужны вложения. Они нам газ обещают 38 лет! Как можно столько лет требовать, чтобы район зарабатывал сам, если не могут газ дать? Хрен знает сколько захоронили под Балтийским морем в трубопроводах. И что? Дайте этот газ сюда, своим людям. Иначе здесь не будет рентабельности, тут рискованное земледелие: суглинок и короткое лето. И природный газ – первое условие для конкурентного производства. На дровах прогоришь моментально, потому что налогами задушит само государство. Вот поэтому и уезжают отсюда молодые. А Конашенков – за благосостояние региона. Его семья включена в работу своими руками. Как депутат он всегда пытается противостоять незаконным действиям, тому, что идёт во вред району. Хорошо знаю и Романа Мерцалова. Тут порядочные люди. Я это вижу годами. И сегодня главное, за чем я иду в депутаты, – не дать мусорным лоббистам испортить район.